«Вторая холодная война» объявлена Киссинджером. Ростислав Ищенко

_________________




Генри Киссинджер заслуженно признаётся во всём мире одним из великих дипломатов современности.

Он один из тех редчайших руководителей внешнеполитических ведомств ХХ века, которые не просто качественно реализовывали чужие решения, но действительно формировали и определяли внешнюю политику США, а значит и коллективного Запада в критический момент его истории, когда ослабленные и морально униженные вьетнамской войной и нефтяным кризисом США находились на грани геополитического поражения.

Киссинджер был одним из тех, кто нашёл выход из положения, поддержав коммунистический Китай в противостоянии коммунистическому СССР. Этот простой ход был не так прост для антикоммунистических американских элит, как кажется. Это потом американцы готовы были вступать в союз не только с Мао, но и с Пол Потом, а тогда Киссинджер был первым, кто осмелился после Второй мировой войны предложить и реализовать союз с идеологическим противником против эсхатологического врага.

Аналогичный союз в 1941-45 годах реализовывал Рузвельт. Но у него в США далеко не такая однозначная репутация, как была в СССР. Многие американцы и тогда, и сейчас называли Рузвельта коммунистом, за его внешнюю и внутреннюю политику. А прозвище коммунист в США до сих пор является волчьим билетом в политике. Не случайно вся политическая система Рузвельта, как на внутреннем, так и на внешнем политическом контуре была демонтирована его собственным вице-президентом (Трумэном), который, как и придерживавшийся аналогичных взглядов Черчилль, считал, что временный вынужденный союз с СССР против Германии слишком затянулся.
Значительная часть американских элит считала, что уже во второй половине 1944 года, США и Британия должны были действовать самостоятельно, не координируя свои действия с Москвой, не выполняя тегеранских обязательств, не идя ни на какие уступки, вплоть до того, чтобы отказаться от участия в Ялтинской конференции, а войну завершить по принципу: каждому принадлежит то, что он успел захватить.

Кстати, Шелленберг, с санкции Гиммлера, начал через Швецию зондаж почвы относительно возможности заключения сепаратного мира с Западом не в 1945 году, как показано в сериале «Семнадцать мгновений весны», а в 1942. Причём его связи с американской верхушкой были настолько тесны и плодотворны, что после войны его вывели из-под удара: «смогли доказать» только «участие в преступных организациях» (НСДАП и СС) дали шесть лет, но практически сразу же выпустили по болезни.

Все пострузвельтовские президенты США действовали в отношении коммунистического мира с позиций дезавуирования рузвельтовской политики маневрирования. Только Киссинджер смог убедить Никсона начать китайскую игру. Этот ход был одним из важнейших в цепи мероприятий США, позволивших им к концу 80-х сломать СССР и в декабре 1991 года зафиксировать его распад. Насколько сильны были позиции идеологизированных антикоммунистических американских элит и как сложно было им противостоять, показывает неперизбрание Джорджа Буша-старшего на второй президентский срок.

Буш выступал с позиций мягкого неорузвельтизма, считая, что единый слабый СССР, обременённый резко усилившимися республиками и всецело зависящий от США, для Вашингтона гораздо лучше, чем униженная, потерявшая территории и мечтающая о реванше Россия. Буш был абсолютно прав. Более того, его правота была очевидна, но американские элиты сделали ставку на вороватых, бездарных и агрессивных Клинтонов, доведших США до Байдена.

Киссинджер, в отличие от Буша-старшего потому и остался пожизненно символом успешности американской дипломатии, политическим гуру, к которому вынуждены прислушиваться и те, кто разделяет его взгляды, и те, кто его не любит, что он умеет выступить вовремя и первым заявить очевидную вещь тогда, когда это уже безопасно, но все остальные ещё боятся быть первыми. Сегодня Киссинджер, в качестве откровения преподносит то, что завтра станет банальностью.

Более того, Киссинджер всегда облекает свои откровения в удобоваримую обёртку. Например, когда надо было убедить американский истеблишмент в необходимости сотрудничества с Китаем против СССР, Киссинджер выдвинул тезис об отказе маоистского Китая от коммунизма и перехода на путь традиционного национализма, при сохранении фикции коммунистического правления.

Это верно для сегодняшнего дня, но для эпохи Мао было неверно категорически. Мао, как и Ленин строил свой, удобный ему, марксизм, адаптированный для китайских условий и потребностей самого Мао, но отступать от идеи коммунистического строительства Мао не собирался и союз с США рассматривал как временный, дающий Китаю возможность победить «ревизионистский» (с точки зрения маоистов) СССР, возглавить мировое коммунистическое движение и затем задушить США.

Победила концепция Киссинджера и Китай стал буржуазным государством под красным флагом и при монополии КПК на власть не потому, что это было неизбежно, а потому, что пойдя на союз с США, предполагавший зависимость КНР от американских технологий и инвестиций, Мао сам дал Киссинджеру рычаг для преобразования Китая в нужном США направлении. То, что Китай не превратился в зависимую от США полуколонию следствие, во-первых, жадности посткиссинджеровских американских элит, которые пытались использовать Китай для максимального увеличения собственных заработков, а, во-вторых, возвышения Дэн Сяопина.
В конечном счёте именно великий Дэн принял на себя ответственность за подавление выступлений на площади Тяньаньмень, которые чуть было не запустили в Китае собственную «перестройку» и едва не стали первой цветной революцией в мире (задолго до сербской и на полгода раньше свергшей Чаушеску румынской). Не будь Дэна и, главное, сохранись киссинджеровский (неорузвельтианский) курс, ставящий государственные интересы США недосягаемо выше интересов самых влиятельных корпораций, Китай бы из американской ловушки не выскользнул.

И вот сейчас Киссинджер, стоя одной ногой в могиле, предупреждает американскую элиту, если то, что сейчас управляет США ещё можно назвать элитой (ибо больше похоже на отбросы), что Вторая холодная война (с Китаем) будет намного опаснее, чем Первая (с СССР), потому что экономический потенциал Китая не уступает американскому (на деле превосходит).

Опытнейший дипломат, как всегда говорит очевидную вещь. Завтра об этом будут говорить многие. Но, как всегда, Киссинджер придаёт своим тезисам приемлемую для действующих американских политиков форму. На самом деле холодная война США и Китая идёт задолго до объявления её Киссинджером. И была бы она для США не так безнадёжна, если бы клинтоновские элиты, не начали, одновременно холодную, а затем и гибридную войну с Россией, выступив на двух фронтах против двух сильнейших военных держав мира, которые к тому же вместе неуязвимы экономически.

Россия имеет сравнительно с американской небольшую, но самодостаточную экономику, неуязвимость которой была существенно повышена в период 2014-2022 года, когда американцев водили за нос, демонстрируя готовность вот-вот сломаться, в результате чего свои санкции они наращивали медленно, а не выдали их ещё в 2014 году единым залпом. Выигранное время было использовано для адаптации российской экономики к новым условиям.

Китайская экономика значительно крупнее американской, но она зависит от внешних рынков и поставок отдельных критически важных видов сырья, включая энергоносители (по конкурентным ценам), а также от контроля торговых путей.

Союз России и Китая, спровоцированный клинтоновской (сюда входят и Обама, и Байден) политикой обеспечил Китаю неуязвимую для США сырьевую базу и контролируемые Россией континентальные торговые пути. России же он дал альтернативный рынок сбыта продукции от которой отказалась Европа и возможность заменить китайскими товарами ту западную санкционную продукцию, выпуск которой в России пока не налажен.

Так что США давно ведут Холодную войну против России и Китая одновременно, чем и обрекают себя на поражение в ней. И Киссинджер это знает. Когда же он говорит об опасности «Второй холодной войны», он имеет в виду далеко не холодную, а самую, что ни на есть горячую войну.

США слишком заигрались в «сдерживание Китая», как раньше в «сдерживание России». Точно так же, как они оказались не готовы реалистично отказаться без войны от не оправдавшего себя украинского проекта, не готовы они без войны отказаться и от поддержки Тайваня. Американцы создают в АТР один антикитайский блок за другим, надеясь, как в случае с Россией, заставить воевать с Китаем Тайвань, финансовые издержки возложить на своих азиатских союзников, самим же остаться «над схваткой».

Это уже в случае с Украиной не очень получалось, но Россия не может организовать полную блокаду Украины, имеющей протяжённую сухопутную границу со странами НАТО. В то же время, Китай обязательно организует военно-морскую блокаду Тайваня. Для этого Пекин уже построил флот в полтора раза превосходящий американский по числу боевых кораблей и судов и лишь несколько уступающий ему в военной мощи. При этом экспедиционным силам США и их союзников придётся действовать вдали от своих берегов, а китайский флот будет оперировать вблизи собственного побережья и опираться на поддержку береговых ракетных комплексов и авиации, базирующейся на материковых аэродромах.

Всё это, как минимум, выравнивает чаши весов военно-морского противостояния, а то и склоняет их в пользу Китая. Но США не могут отказаться от попытки прорыва военно-морской блокады Тайваня. Это значит признать, что они утратили абсолютное господство на море, которое до сих пор составляло основу не только военной, но и политической стратегии Вашингтона.

Таким образом, противостояние Вашингтона и Пекина подошло к тому моменту, когда США рискуют оказаться в состоянии военных действий сразу с двумя ядерными державами (КНДР обязательно поддержит Пекин, поскольку открывается окно возможностей по возвращению Южной Кореи, а поражение КНР будет автоматически означать и уничтожение КНДР). При этом Россия, обладающая наиболее крупным и наиболее современным ядерным потенциалом и союзная Китаю, формально остаётся вне конфликта, а американские ядерные союзники (Великобритания, Франция и Израиль) не обладают достаточным стратегическим ядерным арсеналом, чтобы поддержать США на таком расстоянии от собственных границ (да и Россия будет для них сдерживающим фактором).

Вот этой-то войны, отнюдь не давно идущей Второй холодной, а открытого военного столкновения США и Китая боится Киссинджер. Просто старый опытный дипломат знает, что американцам нельзя вот так вот взять и сказать, что они больше не самые сильные и даже с Китаем воевать на победу уже не могут. Это будет шок похуже вьетнамского и народ потребует «сжечь» ту «ведьму», которая так оскорбила его национальные чувства. А Киссинджер уже очень стар и хочет умереть в почёте и уважении.

Вот он вроде бы и об опасности предупредил (сказал, что с Китаем дальше зарываться не надо) и ничего обидного не сказал. О том, что Китай «украл» у американцев их производство и что надо «сделать Америку вновь великой» уже восемь лет назад на каждом углу рассказывал Трамп. Это не новость – американцы к этому привыкли. А матёрый старик раскрасил неприятное известие в приятный глазу цвет.

Ростислав Ищенко

Рейтинг: 
Средняя оценка: 3.7 (всего голосов: 11).

_______________

______________

реклама 18+

__________________

ПОДДЕРЖКА САЙТА